Замужем Виктория была уже два с половиной года. Поженились они с Алексеем по любви, до этого полгода встречались. Брак был удачным со всех сторон — и любовь взаимная, и понимание присутствует, и планы о детях в ближайшем будущем…

Как и в любой семье, иногда бывали ссоры. Но она, не выдерживая их ритма, начинала плакать. Тогда муж шептал извиняющимся тоном: "Я тебя люблю", — и все становилось на свои места.

Виктории нравилось, что у нее есть такая тихая гавань, остров, где они вдвоем, где самые искренние чувства и полное единение. Она всегда мечтала именно о такой семье, о чувствах, которыми с детства умилялась, глядя на родителей, до сих пор бережно и нежно любящих друг друга.

Была у Вики подружка Наталья, женщина бесшабашная, с неустроенной личной жизнью. Она вечно находилась в поиске свободного, а иногда и не очень мужчины. Почти мужской охотничий азарт гнал ее вслед за очередной мечтой о любви.

- Слушай, Викуль, я тут рядом с твоим офисом нахожусь, забегу, ладно? — как всегда не здороваясь, прокричала Наташка в телефонную трубку.
- Конечно, заходи.

Но Наташка зашла не одна. Наверное, очередной поклонник. Близоруко прищурившись, Виктория посмотрела на высокого мужчину и вдруг залилась яркой краской: в Наташкином кавалере узнала она незнакомца с настойчивым взглядом, который постоянно рассматривал ее в офисном кафетерии.

Оказалось, что с Наташкой они давно знакомы, вот встретились в коридоре, она его и затащила кофе попить с ее любимой подружкой.

Было в нем что-то такое, что смущало и радовало Вику. То ли взгляд не по-мужски красивых зеленых глаз, то ли его манера улыбаться уголками губ, серьезно смотря на нее, словно заколдовывая. "Пропадаю", — подумала Вика, улыбаясь ему, и поймала себя на мысли, что она с ним откровенно флиртует. Уголком глаза она посмотрела в маленькое зеркало на столе, улыбнулась своему отражению и порадовалась, что ей очень к лицу новая красная помада. Правда, Лешке эта помада не нравилась. "Очень вызывающая", — говорил он. "Лешка, милый Лешка", — вдруг пронеслось в голове, но она тут же отбросила эти мысли: "Я же ничего плохого не делаю".

Георгий, так звали нового знакомого, предложил вместе пообедать, и девушки с удовольствием согласились. С каждой минутой Викторию влекло к нему все сильнее и сильнее. "Как в глупом любовном романе", — подумала она и усмехнулась. Наташка о чем-то оживленно щебетала, Виктория кивала ей, не отрывая взгляда от человека, к которому ее страшно тянуло. Нет, ей не хотелось разговаривать с ним о повседневных вещах, как с мужем, гладить его по волосам и шептать на ухо нежности. Ей хотелось просто целовать его до одури, прикасаться друг к другу обнаженными телами и не прекращать движение, дарящее остросладкое послевкусие.

"Что бы я сейчас с тобой сделал", — говорил он своими колдовскими глазами злого волшебника.
"Ты не знаешь, что бы я сделала с тобой", — безмолвно отвечала она, и краснела от возбуждения.

ИзменаРаскрасневшаяся, она вышла из кафе, подставляя горячее лицо холодному ветру. Весь оставшийся день она никак не могла избавиться от мыслей о нем. Надеялась, что вечером уютно устроится на теплом плече мужа и навсегда все забудет.

Но вместо того чтобы тихо уснуть, она поразила мужа, который, казалось, знал ее наизусть, своим пылким воображением, неожиданно развратными и оттого сладкими ласками.

- Это было нечто, — сказал пораженный муж.
- Да, — ответила она, думая совсем о другом...

"Господи, отними у меня мысли о нем, что же это за напасть такая", — думала она, отыскивая глазами его в кафетерии. И увидев, опять начинала безмолвный диалог глазами о самых непристойных мечтах.

А потом ее мучало чувство вины перед Лешкой, таким заботливым, нежным и милым. Каждый раз она клялась, что вот сегодня вообще не посмотрит на этого "красавца", но опять все повторялось.

А когда на ее столе зазвенел телефон (ему несложно было отыскать ее в офисном телефонном справочнике) и в трубке раздался знакомый голос, от которого сердце замерло на мгновенье, а потом стало биться в несколько раз быстрее, она решила, что с этим что-то надо делать. Они перекинулись парой ничего не значащих фраз, а по нервам, как по оголенным проводам, бежало желание, которым пропиталась вся ее жизнь в эти последние дни.

- Ну, ты даешь, — удивлялась Наташка откровениям лучшей подруги. Ты знаешь, кто он? От него все женщины с ума сходят, но он ни с кем долго не общается. Нет, он не подонок, нормальный парень, но как только насладится, сразу скажет: "Прощай, милая".
- Так и я ничего серьезного с ним не хочу. Да и Лешку я люблю. Люблю я его, понимаешь?
- Да уж, я о ваших чувствах знаю. У вас что-то не ладится? Вы ссоритесь?
- Да нет, все идеально, черт возьми. Все идеально.
- Знаешь, я тебе, подруга, совет один дам: хочется — ешь. Пофлиртуй, сходи с ним на свидание, а Лешка ничего и не узнает. И сама успокоишься, и другим нервы мотать перестанешь
- А вдруг он узнает?
- А как?

*** *** ***

Лешка как-то невесело воспринял идею жены остаться ночевать у Наташки. Но он уважал ее желания, поэтому противиться не стал.

Мужчина, от голоса которого вибрировало все тело, был несказанно рад, что она согласилась на встречу. Он рассмеялся, и от этого смеха она опять покраснела и подумала: была не была.

Встретиться договорились в небольшом кафе на побережье. В той части города Виктория давно не была и рассматривала новое кафе с интересом. Когда-то тут было другое кафе: маленькое сооружение из бамбука, во дворе гулял маленький олененок, и они с Лешкой кормили его с рук. А потом сидели на пирсе, смотрели на закат солнца, и Лешка ей тихо сказал: "Вика, давай ребенка родим".

Виктория вытащила мобильный из сумочки, написала "прости" и отправила на номер, который знала наизусть.

- Ты что, не осталась у Наташки? А почему? — обрадовался Лешка.
- Просто я хочу провести этот вечер с тобой...