27 января, 10:00
20 мин.

«Моя судьба могла бы сложиться как у Водяновой»: Безрукова — о модельном прошлом, кино и личном

Эксклюзивно для WMJ.ru
Актриса театра, кино и озвучивания, тифлокомментатор, писательница, интервьюер и в прошлом модель — все это об Ирине Безруковой. В беседе с WMJ.ru Ирина вспомнила, как снялась в оскароносном фильме, рассказала, почему была вынуждена отказаться от парижских подиумов, и поделилась самым личным.
Читайте на тему:

WMJ.ru: Хочется начать беседу с очевидного — с кино. А именно: вы часто посещаете различные кинопремьеры. Насколько вы себя считаете киноманом и какие фильмы в числе любимых?

Ирина Безрукова: Я считаю себя достаточно грамотным киноманом, но назваться кинокритиком или тончайшим специалистом не могу. В числе самых любимых картин у меня разное кино. Это и «Реквием по мечте» с Джаредом Лето, и, как ни странно, «Аватар». Это и «Свой среди чужих, чужой среди своих» Никиты Михалкова, и фильмы Альмодовара и Шепитько, и «Жестокий романс» Эльдара Рязанова.   «Не стреляйте в белых лебедей»Родиона Нахапетова. Фильмы Георгия Данелия и Андрея Тарковского... Также очень нравится Ингмар Бергман, хорошее кино Лаоса фон Триера «Догвилль», очень хорошее — «Груз 200», Алексея Балабанова, но женщинам смотреть не советую. Фильм «Франц плюс Полина» и «Рассказы» Михаила Сегала. Если из последнего, то «Текст» Клима Шипенко.   Мне нравятся многие картины Натальи Меркуловой, например, «Интимные места». Нравится творчество Алены Званцовой, Анны Меликян. Очень любопытно снимает Оксана Карас. Я дружу с аниматором Михаилом Алдашиным, с удовольствием слежу за Александром Петровым (не путать с Сашей Петровым, артистом), с единственным в нашей стране аниматором с «Оскаром» — за потрясающую картину «Старик и море». Люблю Алехандро Иньяритту и Бернардо Бертолуччи. «Последняя дуэль» Ридли Скотта — крепкое, хорошее кино. Одним словом, у меня очень разный взгляд.

Ирина Безрукова на премьере фильма «Вечные»

Екатерина Ширинкина / WMJ.ru

Ирина Безрукова на показе сериала «Русские каникулы»

WMJ.ru: Есть роль, о которой вы все еще мечтаете? И часто ли при просмотре фильма ловите себя на мысли «вот это здорово! Это роль мечты»?

Ирина Безрукова: Мне в юности очень нравилось исполнять роли исторических персонажей. Я сыграла и королеву Франции Луизу Лотарингскую в сериале «Графиня де Монсоро», и принцессу Эдит, родственницу главного героя, в фильме «Ричард Львиное Сердце». И при всем при этом я параллельно играла девушку с низкой социальной ответственностью в фильме «Путана», снималась в проходных фильмах про манекенщиц (смеется). Были разные картины!

Что касается роли мечты, наверное, она всегда где-то в будущем. В свое время, когда Валерий Тодоровский искал актрису в фильм «Страна глухих», я очень хотела попробоваться, потому что занималась пантомимой у педагога, который без слухового аппарата совсем ничего не слышал, знала азбуку глухонемых, могла руками с ними объясняться. Мы иногда между собой так общались, чтобы другие не поняли, о чем мы разговариваем, это нас веселило.

Есть потрясающие фильмы, в которых я снималась, но мои героини там не раскрылись, они не очень значимые. Например, я и мечтать не могла, что окажусь в картине, которая даст мне маленькую, но крайне важную роль. Фильм называется «Коля», он получил «Оскар» как лучший фильм на иностранном языке в 1996 году. Его режиссер — Ян Сверак. Вот об этом я уж точно никогда мечтать не могла — что снимусь в картине, которая станет обладателем столь престижной награды!

Ирина Безрукова

Кадр из сериала «Графиня де Монсоро»

Ирина Безрукова

Кадр из фильма «Путана»

WMJ.ru: В числе ваших недавних проектов — сериал «Чикатило», в котором вы сыграли роль эксперта-криминалиста. Как вы готовились к роли, учитывая, что это реальная история?

Ирина Безрукова: Мне неизвестно, был ли у нее прототип или нет, скорее всего, нет, потому что я играю женщину-лаборанта. Если бы она была реальной, мне бы сказали. Повезло, что мне не предложили роль жертвы, а моя героиня — игривая и смешная, ее появление в картине должно вызывать улыбку. Она немного странная, мало предсказуемая — это меня повеселило. Люблю пробовать разные, характерные роли.

WMJ.ru: Проект вызвал неоднозначную реакцию публики: часть зрителей уверены, что это — наша история и мы должны уметь об этом говорить; другим кажется, что такие проекты невольно романтизируют насилие и маньяков. Что вы по этому поводу думаете? Были ли опасения перед началом съемок?

Ирина Безрукова: Так получилось, что когда я была маленькой, про странного маньяка были разговоры, он как раз действовал в Ростове-на-Дону, из которого я родом. В пионерском лагере дети закрывались вечером в палатах и вместо страшилок рассказывали историю о дядьке, который похищает детей. Вероятно, детская психика так защищалась. Когда я узнала, что планируются съемки о Чикатило, была удивлена, но кино все-таки отображает жизнь, а в жизни бывают разные вещи. Поэтому в кино может происходить всякое, главное — ставить возрастной ценз, показывать, кому адресовано кино. Потому что людям впечатлительным и еще не сформировавшимся детишкам не следует смотреть некоторые фильмы.

Ирина Безрукова

Ирина Безрукова

Кадр из сериала «Чикатило»

WMJ.ru: Помимо кино, у вас есть опыт съемок в видеоклипах. Среди современных артистов есть те, у кого вам бы хотелось сняться?

Ирина Безрукова: У меня достаточно много клипов, в которых я снялась, и все это разные героини. Например, в клипе Стаса Михайлова «Сон, где мы вдвоем» я — супруга героя, которого играет Стас. Она эффектная и очень яркая женщина. А в клипе «Я буду» моя героиня — женщина, ставшая жертвой семейного насилия, в жизни которой присутствует абьюз. Клипы — это небольшое кино, и я бы с радостью снялась у любого хорошего певца или певицы. Четкой мечты сняться у кого-то из исполнителей у меня нет, но если будут предложения, я их обязательно рассмотрю.

WMJ.ru: Например, Виктор Логинов из «Счастливы вместе» снимался как-то в клипе Моргенштерна. Вы родом из Ростова-на-Дону — негласной столице русского рэпа. Согласились бы сняться у кого-то из рэперов?

Ирина Безрукова: Да, конечно. Какая разница, рэп это или классическая музыка? Если есть возможность воплощения, я бы с радостью снялась у своих земляков-рэперов, почему бы и нет?

WMJ.ru: Также у вас за плечами успешное модельное прошлое. Каким был этот бизнес, когда вы выходили на подиум? И вообще, моделинг правда так суров и беспощаден, как о нем рассказывают?

Ирина Безрукова: В мое время, естественно, не было девушек с пластическими операциями. Ведь даже для взрослых женщин пластика была практически недоступна в нашей стране, не говоря уже о серьезных переделках лица и тела. Выбирали девушек с естественной красотой, нужны были параметры 90-60-90 или меньше, главное — гармоничные пропорции.

Дело в том, что меня приглашали во французское модельное агентство, и я отказалась только потому, что моему сыну исполнилось два годика — я не могла его оставить, а взять его с собой мне не позволили. Поставили перед выбором: я еду на год в Париж, тренироваться, учиться позировать и потом еще год на них работать, после чего я могла бы уже зарабатывать деньги сама.

Вероятно, моя судьба могла бы сложиться таким образом, как у Наташи Водяновой, но ей было несколько проще — она уехала туда, когда у нее еще не было детишек и она не была замужем. Меня остановила семья, я сказала представителям агентства, что если они не позволят взять сына, нанять няню или сделать так, чтобы поехала бабушка или папа, то я откажусь. Но они сказали, что это невозможно. Условия были таковыми, что я должна была поехать одна.

Ирина Безрукова: А насколько жесток мир моделинга, я сказать не могу: конечно, мелкие ссоры между девушками случались, но так было и в театре иногда. Все зависит от личностей. Девушек, которых намеренно устраивали работать моделями, тоже не было, были просто подходящие по стандартам и разные по типажам. Когда я работала моделью в Европе, в фирме Wella, в составе команды был Сергей Зверев — тогда еще начинающий парикмахер — все были на равных, абсолютно никаких различий.

WMJ.ru: Удивительная графа в вашей творческой биографии — вы специалист по тифлокомментированию. Это то, чего в нашей стране правда очень не хватает. Поразительно, что вы свой диплом получили еще в 2013 году и как будто опередили время. Как вы пришли к этому желанию озвучивать фильмы и спектакли для незрячих людей? И какой, на ваш взгляд, самый ценный урок получили в этой сфере?

Ирина Безрукова: Я просто поставила себя на место этих людей, и это стало моей мотивацией. О тифлокомментировании мне рассказала Диана Гурцкая, и я практически сразу позвала ее на спектакль «Пушкин» в Московский Губернский театр. Спектакль шел более четырех часов, я откомментировала его для незрячих. Это был первый подобный опыт в нашей стране, когда театральная постановка была снабжена тифлокомментированием для незрячих.

Это невероятно эмоциональная тема, для этого требуется немало сил. В Европе, например, тифлокомментатор не работает больше полутора часов. В нашем театре решили, что на незрячих и без того идет очень большая нагрузка, поэтому если еще будут меняться комментаторы, а с ними голос и манера ведения, им может стать трудно. Так что мы делали героические поступки, комментируя очень длинные спектакли. В кино это происходит в записи и можно за несколько дней записать тифлокомментарий к фильму. Но создается это очень долго — кропотливая работа, очень подробная и тщательная. Сами тексты для фильма или спектакля пишутся в течение месяца. Спектакль комментируется вживую ровно столько, сколько он идет, плюс пятнадцать минут — вступление, в котором мы рассказываем о проекте, костюмах, декорациях и приемах, которые будут использованы во время представления. Тифлокомментатор не должен накладывать свою речь на речь артиста, а потому он должен успеть откомментировать многое еще до выступления.

Теперь подобное практикуют и наши западные коллеги. Я выступала в Организации Объединенных Наций в Женеве, и моя шестиминутная презентация вызвала большой интерес. Я озвучила ее сама, и на следующий день ко мне пришли 24 представителя стран нашей планеты послушать об этом подробнее.

Ирина Безрукова: У нас была расширенная встреча таймингом более 30 минут. И, конечно, когда незрячие подходят, благодарят и говорят, что восприняли спектакль на 70% лучше, чем если бы они просто пришли с друзьями, то это невероятно эмоционально, детки тоже реагируют. Это прекрасная профессия, очень подробная и педантичная, потому что, когда, например, готовишься к тифлокомментированию некоторых музейных экспонатов, становишься полиглотом, необходимо узнать очень многое.

Совсем недавно состоялась адаптированная для незрячих часовая экскурсия в доме-музее Льва Николаевича Толстого в Тульской области. Было прокомментировано более 50 экспонатов, помещений и построек, плюс я записала все голосовые файлы, чтобы когда экскурсовод захотел бы сделать паузу, он включил бы звук, и тогда моим голосом озвучивался кабинет Толстого, знаменитый диван, на котором родилась вся династия Толстых или какой-то портрет, к примеру. Девять месяцев потребовалось, чтобы сделать такую часовую экскурсию для незрячих.

WMJ.ru: У вас есть собственная автобиография «Жить дальше». Расскажите, каким был отклик со стороны читателей? И часто ли ощущаете, что ваш опыт кому-то помогает в непростых жизненных обстоятельствах?

Ирина Безрукова: Мотивацией для написания автобиографии как раз послужило желание поделиться своим опытом и помочь кому-то в жизненной ситуации. Отзывы превосходные, я их читаю в социальных сетях, бываю на встречах с читателями и, если честно, не видела ни одного отрицательного комментария. Вероятно, это люди, которые являются моими истинными поклонниками, им она была очень нужна и интересна.

WMJ.ru: Что помогает сохранять внутреннюю открытость миру? Кажется, что хейтеры (пусть и немногочисленные) не способны вас задеть. Это так?

Ирина Безрукова: Многое помогает: достойное окружение, чувство юмора, понимание мотивации и поступков других людей. Есть такая шутка — если человек хочет вас разозлить, просто не делайте такого подарка (смеется).

Дело в том, что человек, который является хейтером, либо не обладает достаточной культурой, либо он умышленно это делает — в обоих случаях нет смысла обращать на него внимание. Я сейчас не говорю о какой-то здравой критике или дружественном совете, который может быть не самым комплиментарным, но может быть выражен в уместной форме. А в Сети некоторые хейтеры пишут с аккаунтов, где ноль публикаций и три подписки, то есть со специально созданных аккаунтов. Становится сразу понятно, с кем имеешь дело.

WMJ.ru: Ирина, если позволите спросить вас про сына. Вы много говорили и продолжаете говорить о нем. Если бы к вам обратился человек, переживающий подобный опыт утраты, какой бы вы дали ему совет? Что придает сил жить дальше даже в самое темное время?

Ирина Безрукова: В первую очередь я бы сказала о том, что невероятное счастье было подарено этой женщине, что она стала мамой. Неважно, сколько продлилось общение с ребенком, несколько часов, дней, лет или десятилетий, на планете грандиозное количество женщин, которые никогда не станут мамами. Этот ребенок пришел чему-то научить своих родителей — даже своим уходом...

В любом случае надо принять выбор души, которая ушла не в то время, когда вы хотели, а в свое. Нужно быть очень бережным по отношению к близким и посторонним людям, потому что никто и никогда не знает, когда это время наступит для каждого из нас. Ну, и посоветовала бы прочесть последнюю главу своей книги, в которой я рассказывала, как выходила из этого состояния.

WMJ.ru: Вас с сестрой воспитала бабушка — судя по вашим рассказам — человек невероятной воли и силы духа. Расскажите про женщин в вашей семье. Какими вы их запомнили и чему сумели у них научиться?

Ирина Безрукова: Женщины в моей семье удивительны. Бабушка — пример честности и справедливости, отсутствия зависти и сплетен, самоотверженно посвятившая жизнь сначала моей маме, а потом и мне с сестрой. Мама — умница и красавица, прекрасный доктор-фармацевт. Она умела все — от ремонта дома до поклейки обоев и покраски окон. Могла сшить нам с сестрой платья, связать свитеры, испечь именинный торт, сервировать стол, еще и веселиться вместе с гостями. Не хватит ни одного интервью, чтобы рассказать о женщинах в моей семье.

WMJ.ru: Ирина, вы и сами кажетесь человеком спартанской стойкости, потому что мужественно выдержали тяжелые вызовы судьбы. При этом у вас в карьере было много телевизионных проектов, которые испытывают героев на прочность. Откуда в вас это желание бросать себе вызовы, учитывая вашу личную непростую судьбу? Вы как-то себе объясняете эту готовность рисковать и ставить себя в новые и непривычные обстоятельства?

Ирина Безрукова: Я не считаю себя спартанцем, это больше мужчины, а я женщина. Просто те вызовы, которые были в моей жизни, мне пришлось их принять — другого выбора не было. Вот, собственно, и все. Что касается профессии, она сама является вызовом, и в любой картине сложностей не меньше, чем в реалити-шоу.

Шоу «Форд-боярд» и «Последний герой» — действительно были вызовы на самообладание, на то, чтобы в любых ситуациях оставаться человеком. Именно такую задачу я себе ставила. А вот спортивные и другие достижения были на втором месте. Удивлялась, когда ко мне подходили коллеги-мужчины и признавались, что никогда не пошли бы на такой проект, потому что он очень тяжелый. Многие из моих коллег высказывали уважение. А вот моя коллега Юлия Пересильд и режиссер Клим Шипенко вообще полетели в космос. Артисты — отважные люди, того требует профессия.

WMJ.ru: На вашей странице в Википедии указано, что вы близко дружите с Родионом Газмановым, которого в детстве спасли от утопления. Расскажите, что это за история?

Ирина Безрукова: Все было не совсем так. Дело в том, что мы с Родионом Газмановым, когда ему было 11 лет, познакомились в занятной атмосфере при занятном стечении обстоятельств: я со своим сынишкой каталась на катамаране в Серебряном бору и мне показалось, что мальчик, который хочет переплыть озеро (он был на середине), выбился из сил и уже гребет, не осознавая где он и куда плывет. Я развернула катамаран и подплыла к ребенку, подцепила за худенькую подмышку и сказала ему: «Ну-ка давай, передохни». Он отдышался и сказал спасибо, вежливый такой мальчик. Я сказала: «Ой, ты Родион Газманов?», а он сказал, что тоже откуда-то меня знает. Так и познакомились. Дружим до сих пор.

WMJ.ru: Ирина, сейчас мы берем интервью у вас, но вы сами часто оказываетесь в роли интервьюера. Одно из самых ярких интервью, которое вы делали, беседа с Ксенией Собчак. Как готовились к разговору с ней и какой она вам показалась?

Ирина Безрукова: Это был непростой вызов для меня, потому что Ксения имеет многолетний опыт и несколько своих проектов. Я понимала, что она серьезный гость и настоящий профессионал. Мне нужно было настроиться таким образом, чтобы не чувствовать себя на ее фоне бледной (смеется). К тому же у нас было несколько технических накладок, но это все осталось за кадром.

Ксения приехала практически вовремя, хотя мне говорили, что она часто и прилично опаздывает. Она была в отличном настроении и с легкостью отвечала на все вопросы, не отклонив ни один, даже поведала больше, чем мы планировали со съемочной группой. Единственное, я не большой сторонник нецензурных выражений и манеры Ксении снабжать свою речь матерными словами. Но, когда она увидела, что я не реагирую, Ксения отказалась от мата. Оказывается, Ксения Анатольевна прекрасно выражается на русском литературном языке. И мы ушли с ней на более глубокие темы, чем полагалось: затронули тему искусства, какие-то интеллектуальные моменты. Она очень интересный собеседник, очень живая. После разговора оставила только самые приятные ощущения, даже больше — она превзошла мои ожидания со знаком плюс.

Ирина Безрукова: Одна из моих ближайших подруг призналась, что не ожидала увидеть Ксению такой. Сказала, что мое интервью раскрыло для нее Ксению совсем с другой стороны. Это невероятный комплимент, потому что Ксения все время на виду, и зрителю кажется, что он ее знает или хотя бы предполагает, какая она. А Ксения может быть очень разной.

WMJ.ru: Кстати, в беседе Ксения отметила, что вы кажетесь очень спокойным и миролюбивым человеком. А есть что-то, что может вывести вас из себя? Свойственна ли вам раздражительность?

Ирина Безрукова: Я спокойный и доброжелательный человек, это так. Конечно, как живой человек, я испытываю разные чувства, в том числе и раздражительность. Но я внимательно слежу за своими эмоциями и стараюсь находить способы их гармонизировать. Чаще всего мне это удается, но пока еще не всегда.

WMJ.ru: Если бы можно было выбрать любого героя для интервью, с кем бы вы мечтали побеседовать?

Если бы можно было бы пригласить иностранца, я бы взяла интервью у Киану Ривза или Джареда Лето, или у Вуди Аллена, например. Если говорить о всех, кто когда-либо жил на планете, это был бы Махатма Ганди, Иисус Христос и кто-нибудь из мировых философов, потому что мудрые люди всегда меня интересовали. Вообще, интересна тема машины времени: оказаться в какой-то ситуации и посмотреть со стороны, что происходит между героями, между людьми.

WMJ.ru: В прошлом году часто были слышны споры о разнице поколений: старшие не понимают младших, их увлечений, вида деятельности. Очевидный пример: спор Ларисы Долиной и Вали Карнавал, который поделил на два лагеря не только его участниц, но и зрителей. Вы, напротив, кажетесь очень современным человеком, открытым всему новому. Это так?

Ирина Безрукова: Посмотрела эту передачу с ними только сейчас. Мне кажется, слишком несопоставимые величины были собраны в одной программе — видимо, Максим Галкин и преследовал эту цель. Лариса Долина несколько раз пыталась уйти. Но поскольку из вежливости осталась, наверное, это ее раздражение и вырвалось, поскольку девушка не блещет умом и, разговаривая с профессионалом, позволяет высказывания, которые цепляют Ларису. Долина все сказала правильно. Она просто не могла сдержаться, мне кажется, ведь она педагог, и под ее началом учатся студенты приблизительно такого возраста. Другой вопрос, что она общается с другим контингентом — эти ребята замотивированы и хотят развиваться дальше.

Некоторым молодым исполнителям просто не хватает культуры и такта, потому что, то, как Валя общалась с признанной и потрясающей певицей... она просто вела себя так, будто говорит с подружкой, хотя в данном случае это неуместная манера общения, и Ларисе было сложно себя сдерживать, что можно понять.

Что касается меня, я считаю себя в меру современным человеком, потому что многое из того, что интересно мне, интересно молодым людям. Но меня уже не увлекают ночные клубы с техно-музыкой, я не слушаю рейв, это не мое. Я оставляю за собой право слушать то, что мне нравится, и не стану гнаться за какими-то современными новинками. Но я хорошо владею социальными сетями и Instagram. Я даже сделала себе небольшой аккаунт в TikTok, но забросила его, надо бы посмотреть, что с ним. Тиктокеры для меня не являются знаменитостями, но они узнаваемые люди.

Я не так давно брала интервью у Иды Галич. Кстати, очень интересная девушка, мы прекрасно пообщались с ней. Теперь, когда встречаемся, обмениваемся шутками и радостно приветствуем друг друга. Даню Милохина я тоже знаю и видела, но, мне кажется, мальчику надо еще немного поучиться культуре. Обойдусь без назиданий, но, на мой взгляд, это не совсем продолжительная история, поживем — увидим.

WMJ.ru: На моей памяти вы одна из немногих отечественных актрис, кто без названия имен, но все же подробно и откровенно рассказала о своем опыте пережитого харассмента. Насколько тяжело было решиться рассказать об этом и какой была реакция со стороны аудитории?

Ирина Безрукова: Что касается смелости, чтобы рассказать о домогательствах, мне ее не потребовалось. Я решительно остановила этот процесс, потому что мы свободные люди и в нашей стране женщина может твердо сказать «нет» и посмеяться еще над человеком, который пытается склонить ее к каким-то неприятным вещам. Так я и поступила. У меня не было душевной травмы, было удивление. Этот человек упал в моих глазах и так и не поднялся. Его поведение было недостойным, а женщина никогда не должна терпеть такое.

WMJ.ru: Особенно интересна реакция коллег и друзей на фоне истории Елены Прокловой: ее фактически подвергли публичной травле… Вы знакомы с Еленой, разговаривали с ней после ее признания?

Ирина Безрукова: Я снималась в передаче «Секрет на миллион» вместе с Еленой Проколовой, но мы с ней не беседовали никогда о теме ее признания. Она со мной не заговаривала, я считаю это неуместным. Это был ее выбор — донести этот факт до людей.

WMJ.ru: Ирина, вы прекрасно выглядите. На ваш взгляд, красота — это генетика или тяжелая работа над собой?

Ирина Безрукова: И то, и другое, что-то мне досталось генетически. Я слышала фразу косметолога, которая сказала: «Когда я вижу ухоженную женщину, которая выглядит моложе своих лет, я понимаю, какой грандиозный труд стоит за этим». Именно это я и берусь подтвердить. Действительно, это каждодневный и достаточно серьезный труд — запрет на какие-то вкусные вещи не потому, что вы гонитесь за молодостью и красотой, а потому что то, как вы выглядите — это на 50% ваша работа. Начиная с образа жизни и заканчивая образом мысли. В то время, когда другие ложатся спать или веселятся с друзьями, я понимаю, что мне нужно смыть макияж, нанести уход, сделать маску, лечь пораньше, выпить достаточное количество чистой воды, нужно следить за питанием, отказаться от сдобы, фастфуда и алкоголя.

Я могу практически всегда легко обходиться без алкоголя, но, когда дни рождения или Новый год, позволяю себе выпить пол бокала вкусного вина, а зачастую не делаю и этого. На мероприятиях крайне редко меня можно встретить с бокалом, только если из вежливости: все держат бокалы, я тоже, а потом отставляю в сторону.

WMJ.ru: Вы как-то сказали, что счастье — не в материальном. А в чем оно для вас?

Ирина Безрукова: Счастье — это вообще нематериальное понятие. Конечно, благополучие важно: кров над головой и еда на столе, хотя я не исключаю, что люди без особого места жительства тоже иногда, если их спросить, могут сказать, что счастливы по-своему. Счастье — это действительно нематериальное, что-то на уровне чувств, ощущений. Как в детстве, когда мама держит на руках или папа на плечах — и у тебя праздник вокруг, и ты держишь в руке воздушные шарики. В моем детстве это был Первомай. Идешь по улице: цветы, музыка, тебе покупают мороженое.

WMJ.ru: Какой город или локация служат для вас пространством, в котором вам максимально комфортно и хорошо? Где ваше место силы?

Ирина Безрукова: Мне бывает абсолютно хорошо совершенно в разных местах и ситуациях. Было абсолютно хорошо на острове филлипинского архипелага, где я участвовала в «Последнем герое». Испытала счастье, когда поднималась в Перу, на Мачу-Пикчу — волшебное ощущение. Очень хорошо себя чувствую в старинных замках. Когда вошла в замок в Глазго, поняла, что как будто бы дома. Те же чувства были, когда посещала Прагу, которую очень люблю.

В Париже обязательно хожу в музей Родена — нравится сам дом, уютный садик — не устаешь это рассматривать. У меня есть традиция — когда я выхожу из музея, сажусь на веранде парижского кафе, заказываю себе капучино с круассаном и просто смотрю на жизнь, которая происходит вокруг. Счастье, радость и гармония — они в моменте, когда все совпадает.

Такие же ощущения могут быть в лесу, мне нравится хвойный лес. Я была в Гималаях, на Гавайях, в Австралии, в старом Киото в Японии — тогда же увидела гейшу, она торопилась на какую-то встречу, и мне показалось, что я попала в другое измерение. Наша планета удивительна и прекрасна, и, мне кажется, пришло время нам защищать ее от деятельности человека. Мне кажется, у нас для этого все есть, осталось лишь приложить усилия. Земля прекрасная, и другой такой планеты у нас нет.

Фото: пресс-служба, Екатерина Ширинкина / WMJ.ru, кадры из сериалов «Графиня де Монсоро», «Чикатило» и фильма «Путана», Instagram / @irina_bezrukova_official

Новости партнёров
О чем говорят